Капитан яхты «Сибирь» Сергей Щербаков: «Когда ступаешь на берег, возникает чувство пустоты»

Что заставляет известного омского путешественника искать за горизонтом горизонт

27.02.2018 в 14:01, просмотров: 868

24 февраля на территории природного парка «Птичья гавань» прошел фестиваль активного отдыха «Турфест». Одним из гостей праздника стал президент федерации парусного спорта Омской области Сергей Борисович Щербаков. Легендарный капитан яхты «Сибирь» вспомнил трагическое происшествие в Тихом океане, рассказал, какую роль сыграл черпак в его отношениях с парусным спортом, и поделился планами об экспедиции в Антарктиду.

Капитан яхты «Сибирь» Сергей Щербаков: «Когда ступаешь на берег, возникает чувство пустоты»

28 января 2020 года исполнится 200 лет, как русские исследователи Фаддей Беллинсгаузен и Михаил Лазарев открыли шестой континент нашей планеты — Антарктиду. В эту дату к ее берегам планирует подойти целая эскадра, путь русских путешественников хочет повторить и Сергей Щербаков.

Цель такая: обойти Антарктиду, придерживаясь маршрута первооткрывателей, после этого подняться по Атлантическому океану до исходной точки Гренландии и, замкнув в Обской губе арктическую кругосветку, финишировать в устье Иртыша.

Начнет путешествие легендарная старушка-«Сибирь», с которой неразрывно связан путь омского капитана. Затем эстафету подхватит парусно-моторная яхта «Сила Сибири», способная выдержать экстремальные условия в высоких широтах. Она поступила в распоряжение Фонда поддержки спорта «Сибирские парусные экспедиции» в 2017 году благодаря меценатам. Сейчас яхту ремонтируют в Турции.

Пока судно подготавливают к экспедиции, Фонд поддержки спорта занимается активным поиском спонсоров, а также раскруткой и продвижением путешествия в социальных сетях и СМИ. Не исключено, что на борт пустят коммерческих туристов, но и им придется потрудиться.

— Принцип остается таким же, как и много лет назад: кто работает, тот и идет, — объясняет Сергей Щербаков. — Уже столько всего сделано, какой смысл останавливаться на полпути? Нам нужно продвигать этот проект, искать заинтересованных людей, искать средства. Объединиться всем краем. И тогда все получится.

Фото: barque.ru

«Ты помнишь, как все начиналось…»

У парусного спорта в Омске есть день рождения — это 12 июня 1911 года. Именно в этот день в газете «Омский телеграф» опубликовали первый отчет о проведении парусных гонок в районе Кадетского корпуса. В нашем городе «парус» был первый за Уралом и достаточно мощный, хотя, как рассказывает Сергей Борисович, «то развивался, то закисал, вплоть до Октябрьской революции». В Сибирь этот вид спорта шел со времен Петра I, и пусть сам император начинал с потешного флота, постепенно, к концу XIX века, парусный флот добрался до Сибири и распространился почти во всех городах края.

— Сергей Борисович, вы пришли заниматься в секцию парусного спорта в 12 лет? Что привело вас сюда?

— Случайность. У меня мама из Омска, а папа из Саратова. Он здесь служил в армии после войны, встретил маму. Они поженились и переехали в Саратов, где 13 марта 1952 года я родился. В 1964 году мы в Омск переехали. Буквально в первые дни пошли с отцом на пляж — а я в Саратове плаваньем занимался, хорошо плавал — и вот Виктор Дмитриевич Тюшев, мой первый тренер, увидел меня и своим ребятам-парусникам сказал тогда: «Смотрите, как правильно и красиво мальчик плывет». Мой отец рядом оказался случайно, услышал, привел к нему и записал. Правда, не получилось с первого раза. Мне тогда сказали, что интересно будет. Я на Волге яхты видел, потому и пришел. Мне дали губку, черпак — воду из шлюпки черпать. На следующий день пришел — дали метлу, территорию подметать. И так мне надоело этим парусом заниматься — бросил, перестал ходить. Потом зимой тренеры спортивных школ пошли ребят набирать, и я опять записался. Правда, забыл, как секция называлась, и записался на байдарки. Но Виктор Дмитриевич все-таки забрал потом к парусникам. Вот так и началось.

«Все было впервые и вновь…»

Свой первый поход теперь уже путешественник-кругосветчик помнит до сих пор. Он состоялся в 1965 году по маршруту Омск — Ольховка. Сергею тогда было 13 лет.

— Я его помню полностью: на четырех яхтах — без мотора, без всего. В первый день до Ачаира дошли, но там ветер дул мощнейший, а на следующий день все тихо. И вот мы яхты свои на бечевки — как бурлаки на Волге, примерно так же их тащили. Три дня до Черлака, потом до Ольховки. Этот первый поход, наверное, и заложил зерно будущему делу, — считает капитан.

Через три года Сережа Щербаков впервые стал чемпионом Омской области в классе яхт «М» и выполнил I спортивный разряд. В 1969 году окончил школу и поступил в Омский институт инженеров железнодорожного транспорта. В 1974 году, получив диплом, ушел в армию. Отслужив, вернулся в Омск и устроился в Омский научно-исследовательский институт средств связи. Но парусным спортом продолжал заниматься. Сначала поменял класс «М» на «Финн» и первым из омских яхтсменов выполнил норматив кандидата в мастера спорта — это было в 1977 году. Спустя два года стал мастером спорта Советского Союза. Тогда же его призвали на действительную военную службу в органы КГБ СССР.

— Тут уж, — признается Сергей Борисович, — много не погоняешься.

Щербаков лукавит. И во время службы он парус не бросал, неоднократно становился чемпионом Сибири, побеждал на зональных российских соревнованиях. Параллельно с «Финном» начал осваивать крейсерские классы яхт. И вот наступил 1987 год, изменивший многое в судьбе Щербакова и омского парусного спорта.

«Как строили лодки…»

— Уже и мастер спорта, а хочется чего-то большего: заглянуть за горизонт, расширить свой кругозор, — вспоминает то время Сергей Щербаков.

В 1987 году четверо спортсменов-путешественников отправились в Тобольск, до которого 1200 километров. Такое расстояние необходимо для сдачи норматива на яхтенного капитана. Это звание позволяет управлять любым парусным судном на любом расстоянии от берега в любой точке мирового океана.

— После поездки в Тобольск ко мне подошел Антон Михайлович Барабанов и сказал: «Давай построим яхту и дойдем до Ленинграда». К этому времени я где-то 23 года парусом уже занимался, и вот зерно упало в благодатную землю. Ударили по рукам, собрали команду и начали строительство «Сибири», — рассказывает о переломном моменте в своей судьбе капитан.

Строительство собственными силами 10-метрового парусного судна затянулось. Но все же 31 мая 1997 года «Сибирь», с благословения митрополита Омского и Тарского Феодосия, впервые коснулась воды на Иртыше.

— За время строительства судна состав команды в корне поменялся. Из первых шести человек остался я один, — рассказывает Сергей Борисович. — Приходили новые люди, потому что мы заражали своим энтузиазмом, упертостью. И мы строили. Кто строит — тот идет [в экспедицию], и это правильно.

За три месяца омская яхта, выйдя из Обской губы, прошла западную часть Северного морского пути, обогнула Скандинавию и по Балтике дошла до Санкт-Петербурга.

Фото: barque.ru

«И тот, кто не струсил, — тот землю свою найдет»

— Это было путешествие! — восторгается мореплаватель. — Я постоянно выходил на регатах, но это что? Прибрежное плавание на яхте, три-четыре часа. А это открытый океан, причем Северный Ледовитый! Чего мы там только не натерпелись! К концу плавания, когда уже пошли по Балтийскому морю, я мужикам говорю: «Вы извините, но чтоб я еще когда-нибудь на яхте в море… Все, хватит!» Мы финишировали, вернулись домой — герои, триумфаторы, победители…

— И что вы почувствовали, когда ступили на берег?

— Эмоции взахлеб. А потом, знаете, кроме чувства удовлетворения приходит чувство пустоты. Представляете, мы десять лет шли к цели, это была цель жизни! И вот она достигнута. А дальше что? Но жизнь — это шаг за шагом, за горизонтом горизонт. Самое главное, нельзя останавливаться, нужно мечтать и каждый день к своей мечте идти. Хотя бы маленький шажочек, но делать.

Очевидно, нужна была новая цель. «Кругосветка!» — решил Сергей Борисович. Началась бумажная волокита, круговорот формальностей: юридическое оформление организации, создание попечительского совета, поиск средств на осуществление экспедиции.

— Это было сложно. Время такое — лихие 90-е, еще и после дефолта. Где деньги брать? Но самое главное: в нас поверили! — рассказывает капитан. Нашлись люди, готовые помочь. Из регионального бюджета выделили средства. Экспедицию можно было готовить.

«Сибирь» вернулась в Омск в 1998 году на грузовике. Ее реконструировали в двухмачтовое судно водоизмещением 8 тонн и удлинили до 12, 5 метров. И в 2000-2001 годах «Сибирь» за 15 месяцев совершила уникальное кругосветное путешествие со стартом и финишем в Омске. Впервые в истории мореплавания парусная яхта пересекла в одном направлении все 24 часовых пояса, причем половину из них — за Полярным кругом. А Северный морской путь преодолела без зимовок и ледокольной проводки.

«Напрасно нас бури пугали»

Мировой океан — это стихия. И с ней, в отличие от людей, договориться получалось не всегда.

— Много было приключений, но самое, конечно, трагическое — это оверкиль (опрокидывание судна вверх днищем. — Прим. ред.) в Тихом океане, после которого чудом выжили, — вспоминает капитан. — Волна 10 метров, наша яхта — 12 метров, и ветер 60 узлов, это 30 метров в секунду. Раз в несколько лет у нас такой ветер бывает: когда крыши летят, деревья с корнем выворачивает. Нас тогда штормом погнало в сторону Гавайских островов. Долго бы несло, потом бы не вернулись оттуда, и мы пошли в сторону острова Кадьяк. Волна-убийца застала нас ночью, как раз недалеко от острова, когда волны на мелководье начинают аномально вырастать, как цунами. Такая волна ударила в корму, и «Сибирь» перевернулась. Нас спасло то, что обе мачты сломались, и яхта просто кувыркнулась, как неваляшка. Все шкафчики открылись, все, что было, высыпалось, вылилось и перемешалось: одежда, люди, продукты, банки, консервы. Но самое ужасное, что мы в доли секунды потеряли всю связь с внешним миром, могли только сигнал SOS через спутник подать. Американцы бы прилетели, это уже их зона действия была, сняли бы нас, но суда никто не спасает. И как быть? Ведь с яхтой мы едины, как душа и тело…

Двигатель и аккумулятор остались целы, был компас, маленький GPS-приемник и 60 килограммов бумажных карт. Вычислили координаты, выскочили на Кадьяк вовремя. В бухте Олд-Кагуяк приходили в себя около суток. Американцы два дня варили нам мачты по 60 долларов в час…

Фото: barque.ru

— Опасное у вас увлечение. Как же близкие относятся к нему? Как реагируют на вести об очередном путешествии?

— В 97-м, по возвращении из Петербурга, я, будучи подполковником, ушел с действительной военной службы. И жена до сих мне простить не может, она генеральшей хотела быть. (Улыбается.) А как мои родные относятся? Женат я вот уже 45 лет, а парусом 54 года занимаюсь. Чего сравнивать? Да шучу, конечно! Родные и переживают, и болеют, и гордятся.